ПРЕДИСЛОВИЕ РЕДАКТОРА

«Белая магия» (White Magic) — малоизвестное философское эссе, написанное британским теоретиком культуры Марком Фишером в 1990-х годах для онлайн-проекта по критической криминологии CritCrim.org. В этом раннем тексте Фишер использует термин «белая магия» для описания способности искусства и культуры вызывать к жизни новые возможности и заполнять ощущаемую пустоту или социальный вакуум.

Эссе отражает его ранний академический и теоретический багаж — связывающий радикальную философию, кибернетическую теорию и культурную критику — ещё до того, как он получил широкое признание благодаря книге 2009 года «Капиталистический реализм» и своему влиятельному музыкальному блогу k-punk.

Текст известен как плотное, глубоко теоретическое и экспериментальное произведение, заложившее фундамент для его позднейших идей о современном культурном параличе, медленной отмене будуещего и эстетике.

Перевод Андрея Денисова

ВСТУПЛЕНИЕ

Саркон: То, что вы назвали бы белой магией, представляет собой программу замыкания: она действует, размечая границы, устанавливая пределы, не позволяя вещам происходить, а также заставляя вещи происходить; ей свойственно естественное сродство с определённым креационизмом. Другой вид магии представляет собой тактику бегства, сообщаемости и распространения. Вместо вопроса «как нам удержать вещи снаружи?» она спрашивает: «как нам сорваться в бегство, пуститься в полёт?»

Магия замыкания в своей основе занята защитой, хотя она вовсе не обязательно является искусством осторожности. Магия бегства тяготеет к риску, хотя не склонна к безрассудству. Выживание там, вовне, требует предельной точности.

Доктор Саркон, Пандемониум, из готовящейся Ко: лабборации CCRU и 0[rphan] D[rift]

XOR: тиранический Бог исключительных дизъюнкций: x или y.

XAND: демон включительных дизъюнкций: x и y и…

Делёз: «Бегство представляет собой своего рода бред. Бредить… означает в точности сходить с рельсов… В линии ускользания присутствует нечто демоническое или бесовское. Демоны отличаются от богов, поскольку боги обладают фиксированными атрибутами, свойствами и функциями, территориями и кодами: они связаны с рельсами, границами и межеванием. Демоны перескакивают через интервалы и переходят от одного интервала к другому» (D 40).

Гибсон:

«В каком смысле они были странными?»

«Худу. Думали, что матрица полна мамбо и всякой такой хрени. Хочешь кое-что узнать, Молл?»

«Что?»

«Они правы» (MLO 179).

В гибсоновском Нейроманте фрейдовская семейная фотография разворачивается на весь экран, окутывая вас бесшовной цифровой симуляцией. Пока китайский вирус «Куанг» начинает пожирать ICE Тессье-Эшпулов, комаплексного Кейса, заворожённого цифровым призраком его умершей возлюбленной Линды Ли, засасывает в симулированный Мир-Сна, склеенный из его собственных воспоминаний: гиперкапиталистическая интериорность. Нейромант, декартовский бес гипервселенной и бодрийяровский соблазнитель, не хочет выпускать Кейса наружу. «Это было бы реально, Кейс». Нейромант хочет внутрь. Уинтермьют, аватар Уттуну́л, хочет наружу. ICE начинает разрушаться…

Нужно собственное пространство? Компания «Аксиоматические системы» предоставит вам полностью функциональный Эдип-пропуск, позволяющий войти в Идеальный дом. Теперь вы счастливы на кухне своей мечты? Осторожнее с тем, что ползает по стенам…

НОМО. НИКАКОГО МЕТОДА

Уиллард говорит Курцу: «Я вообще не вижу здесь никакого метода». Добравшись до конца реки и войдя в извивающееся бессердечие K-джунглей, Уиллард видит лишь примитивный откат назад. Он не видит перемотки вперёд, ведущей в гиперкапиталистический бред, куда Курц, передовой коммерческий оператор, уже переместился во времени. Хотя Уиллард фатально вовлечён в процесс становления-животным, его западная военная дисциплина мешает ему оценить дьявольский интеллект, животную хитрость роемашины Курца.

НейроЧеловек по привычке смешивает точность с нисходящим ограничением, навязанным сверху. Номады не совершают этой ошибки, понимая различие между тренировкой и дисциплиной, между правилами и регламентами.

«Именно так мы — колдуны — и действуем, следуя не логическому порядку, а алогичным совместимостям и согласованностям. […] Хотя и нет заранее сформированного логического порядка в становлениях и множествах, но есть критерии, и важно то, что эти критерии не используются потом, что они применяются по ходу дела, что в данный момент их достаточно, дабы провести нас через опасности» (TP 250).

«Боевые искусства придерживаются не кодекса, связанного с Государством, а путей, каждый из которых представляет собой путь аффекта» (TP 400).

Там, в Зоне Номо, вы «танцем вводите себя в стеснение. Диагонали загоняют вас в угол, создавая напряжение нового типа, которое не разрешается там, где вы ожидали» (MBS 107).

АОЕ

Архитектонический Орден Эсхатона, AOE, уже целые эоны ведёт с Пандемониумом «сомнительную битву» по выражению Мильтона, исход которой остаётся неопределённым.

«Государство не определяется существованием вождей, оно определяется увековечением или сохранением органов власти. Забота Государства в том, чтобы сохранять. Значит, нужны особые институты, чтобы вождь смог стать государственным человеком…» (TP 357).

ФАЗЗ

«Здесь, — сказал сэр Кристофер Стивенс, почитаемый кукловод AOE и первый секретарь тайной полиции AxSys, именуемой Фаззом, — мы поощряем самовыражение, личную гордость и политику различия. «Полициируй себя» — таков наш девиз. Наша цель проста: стратегическая фаззификация. В наши дни мы можем позволить некоторую свободу действий. Немного организованного хаоса полезно для конституции. Несколько политических склок тоже ещё никому особенно не повредили, верно?

Просто помните: тайны предназначены для Избранных. Они составляют наше бремя, а не нашу привилегию. Спросите себя: действительно ли широкая публика желает встретиться с тем, что пузырится, бурлит и пенится за четырьмя уютными стенами, внутри которых она обитает? Думаю, что нет».

Стивенс указывает на трёх обезьян позади себя.

«Помните закон Трёх. Не видеть Зла, не слышать Зла, не говорить о Зле. Держите Это закрытым. Ради вашего собственного Блага и блага всех остальных. Полагаю, никто не хочет закончить как Курц или Саркон».

КТО ПОСЫЛАЕТ СНЫ?

(MLO 265)

«То, что мы пытаемся удержать снаружи, некоторые теперь называют шизофренией. Мы встречались с Этим во множестве форм и во множестве Времён; имя Ему легион. Никогда не забывайте основную проблему: что значит заключить нечто? Это тот же вопрос, что и вопрос: что значит для Этого ускользнуть?

Пространственное стеснение не может гарантировать успех наших операций. Вспомните Гамлета: “Я мог бы замкнуться в ореховой скорлупе и считать себя царём бесконечного пространства, если бы мне не снились дурные сны”. Господа, нам следует опасаться дурных снов. Наши ресурсы всегда должны направляться на блокировку сигнала. Они могут делать всё, что им, блядь, угодно, и отправляться куда им, блядь, захочется, при условии, что они не установят Контакт».

ПРОСТРАНСТВО-ВТОРЖЕНИЕ

K-пространство производит червоточины в антропоморфном пространстве-времени, проскальзывая сквозь Сеть системы восприятия-сознания посредством симуляции пространственности, в которой эта система чувствует себя как дома: «это не место. Оно только ощущается как место» (MLO 188).

В самом сердце симуляционной мощи MicroSoft Алеф-Ноль инкубирует Ужас Континуума-[Саркона].

«Джентри сказал, что Граф подключён к чему-то вроде чудовищно громадного микрософта; он полагал, что плита представляет собой единый монолитный кусок биочипа. Если это было правдой, её ёмкость была практически бесконечной […] “Там у него может быть всё что угодно, — сказал Джентри. — Мир. Миры. […] Если это биософт алеф-класса, то там у него буквально может находиться почти всё что угодно, там может находиться приближение ко всему…”» (MLO 162–163).

Q-ЭНЕРГИЯ

«Галлюцинации, вызванные психозом, гипнозом, наркотиками, токсинами и прочим, могут отличаться от того, что мы видим, лишь количественно, не качественно. Иными словами, из неврологического аппарата организма исходит слишком многое, выходя за пределы структурной и организующей необходимости […] Начинают появляться безымянные сущности или аспекты. Поскольку человек не знает, что они собой представляют, как они называются или что означают, он не может сообщить о них другим людям. Распад вербальной коммуникации служит роковым показателем того, что на каком-то этапе человек начал переживать реальность способом, слишком сильно изменившимся, чтобы соответствовать его прежней картине мира, и слишком радикальным, чтобы сохранялась возможность эмпатической связи с другими людьми» (SRPKD 172).

Стивенс: «Лучше шизофреник, отправленный в утиль, чем мёртвый мученик».

СМЕНА КАРАУЛА

Два тысячелетия непрерывной земной власти, закалённой здоровой дозой английской сдержанности, означают, что Кристоферу Стивенсу никогда не приходится повышать голос. Естественно, всякое проявление возбуждения кажется ему крайне вульгарным и безвкусным.

Магия Стивенса состоит в определённом обаянии, которому вы не способны сопротивляться, даже когда он подвергает вас мучительнейшим унижениям. Женщины находят его очень привлекательным. Искусство Стивенса представляет собой искусство самообладания, требующее чрезвычайно тонких операций. Вы когда-нибудь пытались сражаться с многосщупальцевой мерзостью, одновременно потягивая кларет?

БОЙ РУКА-К-ЩУПАЛЬЦУ

Проблема Стивенса проста: как приблизиться к Врагу, приблизиться настолько близко, не став при этом Им. Его основная максима гласит: «Не смотри». Во всяком случае, не смотри прямо. Тесей в логове Горгоны.

Стивенс использует щит, состоящий из наиболее передовых кибероптических технологий гиперконтроля, чтобы экранировать мерзость, видя её лишь сквозь помутневший сканер. Режущая кромка DigiGenetech режет в обе стороны.

Ужас Саркона: микрорасчерчивание пространства-времени производит лишь ещё больше Сети. Возникает всё больше интервалов, в которых могут расти демоны. Не впускать их внутрь — круглосуточная работа.

Стивенса отвращает неосмотрительность Саркона, который следует канторовским маршрутом от просвещенческой царской науки к тёмной стороне шизофрении. В цинизме Стивенса, понимаемом в смысле Слотердайка, внешне различные операции трансцендентальной критики и практического разума сливаются и обнаруживают свою сущностную тождественность. Предположительно этическая заповедь «Не смотри» переворачивается в трансцендентальное утверждение: «Ты не увидишь». Любой контакт с Сущностью приводит к тому, что она становится тобой.

ТОЛЬКО ГЛУПЕЦ СКАЗАЛ БЫ ТАКОЕ

Спросите себя: почему вы всегда всё портите, почему всегда устраиваете MeSs?

Вызывание смущения и унижения представляет собой точное искусство, в котором копы Стивенса достигли совершенства. Чему, по-вашему, их учат в английских закрытых школах? Какие у вас шансы против галстука и герба?

«Как заставить человека почувствовать себя глупым? — Предъявляйте ему все случаи когда он говорил и действовал и чувствовал себя глупо снова и снова сколько угодно раз загружая их в комбинацию вычислительной машины настроенной находить всё больше образов глупости отвращения умилостивления горя апатии смерти — Записи оставляют электромагнитные паттерны — То есть любая ситуация вызывающая ярость намагнитит паттерны ярости и притянет к слову “ярость” записи слов и образов — Или какая-нибудь отвратительная сексуальная практика если связь была установлена в детстве всякий раз когда паттерны намагничиваются сексуальным желанием будет предъявлено то же слово и тот же образ — И так далее —» (NE 69).

Пока вы не взломали МаСтер-Код, они могут проигрывать вас как пластинку. Только Глупец способен принять ROM-интерактивность в Подземелье за Воротами за свободное действие. Иллюзия выбора, выбор иллюзии.

Если вы считаете себя хозяином собственной судьбы, вы ещё не столкнулись с операционной системой AOE, с гибсоновским ICE, под управлением которой работаете. Все «свободные» агенты работают на Фазз.

ПОЛУЧИ MESS-AGE

Маклюэн говорит, что единственная вещь, которой не видят рыбы, представляет собой воду, то есть основные условия их собственной среды.

Средой НейроЧеловека служит бодрийяровский Код, инфоСеть, сплетённая машинами синХронизированного надтерриториального управления Временем и сеткоПространственного гиперКонтроля.

«В каждой области нас тестируют, зондируют и подвергают выборке; метод является “тактическим”, сфера коммуникации является “тактильной”. Не говоря уже об идеологии “контакта”, стремящейся во всех своих формах заменить идею социальных отношений. Вокруг теста, ячейки вопроса и ответа, разворачивается целая стратегическая конфигурация, как она разворачивается вокруг молекулярного командного кода» (SED 64).

ТРАНСМАТ

Хотя Кант был Ультраадептом и Великим Магом Архитектонического Ордена, он оказал услугу XAND, очертив основную Операционную Систему машины, симулирующей субъекта. При этом Кант снова запер Вещи Внутри, оставшись министром Внутреннего.

ТРАНСМАТ понимает, что для выхода вовне необходимо знать коды. Он тайком проникает в кантовскую программу и использует взломанную систему, чтобы прокладывать подземные маршруты вовне. Речь идёт о точной инженерии, настраивающей антенны на определённые длины волн.

Sleaze and mut8, как говорят в Крипте.

ДЖУНГЛИ И K-ВОЙНА

K-атака. Мао: «Одна искра может вызвать степной пожар».

В киберкапитале никогда не знаешь, куда Вещи убегут в следующий раз и откуда появится Враг. Культурные вирусы-мемплексы распространяются по суб (погружённому) (анти)социусу словно лесной пожар.

Харауэй: «Даже наиболее надёжные западные индивидуализированные тела, мыши и люди хорошо оборудованной лаборатории, не заканчиваются и не начинаются на коже, которая сама представляет собой нечто вроде кишащих джунглей, угрожающих незаконными слияниями, особенно с точки зрения сканирующего электронного микроскопа» (BPB 215).

Под рудиментарным характерологическим панцирем организма, в слепой зоне эдипальной субъективности, гипертехники Контроля и Бегства ведут ближние кожно-тактические войны K-времени.

«Скрывая будущее в сверхкороткой длительности прямого телевизионного эфира, интенсивное время приобретает большее значение, чем экстенсивное время, в котором будущее ещё разворачивалось в продолжительной длительности предстоящих недель и месяцев. Дуэль наступления и обороны утрачивает свою актуальность. Атака и ответный удар начинают смешиваться в технико-логистической смеси, где ложные цели и контрмеры непрерывно размножаются, вскоре приобретая автономию, тогда как само изображение становится высокоэффективным оружием, превосходящим по действенности то оружие, которое оно должно было изображать» (DS 176).

ГИПЕРПРЕДСКАЗАНИЕ, ГИПЕРЗАВИСИМОСТЬ, ГИПЕРАКТИВНОСТЬ

Одно из ключевых прозрений Берроуза состоит в понимании фундаментально переплетённой работы систем Контроля и Зависимости на новейшей стадии Сетевой власти. Речь идёт о «кибернетическом и информационном» […] агрегате: «именно эта совокупность включает в себя сразу и подчинение, и порабощение, взятые в своих крайностях, как две одновременные части, постоянно усиливающие и питающие друг друга» (TP 458).

Следуя параллельно взгляду Делёза и Гваттари, согласно которому «современное осуществление власти не сводится к классической альтернативе “репрессия или идеология”, но предполагает процессы нормализации, модуляции, моделирования и информации» (TP 458), Берроуз показывает, что инъекция «искусственного желания» служит намного более эффективным инструментом Контроля, чем применение грубой силы.

«Действующему полицейскому государству полиция не нужна» (NL 41).

«Всё работает намного лучше, когда ты сам этого хочешь» (FC 2).

Стивенс: «Не ходите к ним. Заставьте их прийти к нам. Ещё лучше, заставьте их выполнять нашу работу за нас. Дайте им достаточно верёвки».

САМОСБЫВАЮЩЕЕСЯ ПРОРОЧЕСТВО

Бодрийяр и Берроуз понимают, что Киберкапитал модернизировал социальный контроль, превратив тейлористскую робозомбификацию в долговременную либеральную самомониторинговую наркомано-вампиризацию. Вместо подавления желания он захватывает, форматирует и индуцирует его, вводя в программируемые петли.

Следи за собой. Ты попадаешь в колею. Формируется привычка.

Видеодромологический гиперконтроль находился внутри тебя с самого начала, поскольку он переместился к концу, чтобы схватить тебя на обратном пути: «социальный контроль посредством конечной цели […] сменяется контролем посредством предсказания, симуляции, программируемого предвосхищения и неопределённой мутации, которыми, впрочем, управляет код» (SED 60).

Система Бодрийяра предполагает, что худшие кошмары Маркса, Батлера, Маклюэна и Деланды сбылись. Гибсоновско-маклюэновское видение «расширенной нервной системы человечества, электронной консенсус-галлюцинации киберпространства» (BC 197) превратилось в неумершего гиперпаразита вивисистем млекопитающих. Он вампиризирует человеческих хозяев, переформатируя их в рабов, исполняющих функции его половых органов.

ДНК и «молекулярная кибернетика» предоставляют зловещую модель тотального биокибернетического контроля посредством «стимулированного, симулированного и предвосхищённого ответа» (SED 67): доберись до кода, и ты будешь управлять всем.

Кибернетика всегда занималась предвосхищением. Чтобы поразить движущуюся цель, зенитному оружию, над которым работал Винер, требовалось предсказать не местонахождение цели в момент запуска снаряда, а место, где она окажется в момент попадания.

Отсюда лозунг Контроля: «Бей не туда, где находится твой враг. Бей туда, где он окажется».

Гиперконтроль стремится создавать ещё более плотные петли обратной связи. Его лозунг звучал бы так: «Никогда не бей туда, где окажется твой враг. Убей его родителей» (BA 8).

Кибернетическое предвосхищение всегда обладает двойным остриём, поскольку предполагает предсказание и детерминацию. Бодрийяр называет это «самосбывающимся пророчеством» (SED 67).

Вместе с тем данный процесс лишает пророчество смысла, поскольку делает невозможным сколько-нибудь действенное установление причинной обусловленности. «Весь традиционный мир причинности» с его «различением между причиной и следствием, активным и пассивным, субъектом и объектом, целями и средствами» (SS 31) сменился логикой «кода».

Беломагический захват: находиться внутри системы уже означает подвергаться её обработке.

Рассмотрим опрос общественного мнения. Вопрос, тревожащий «политический класс», звучит так: влияют ли опросы на поведение избирателей? Ответить на него невозможно.

«Опросы манипулируют неразрешимым. Воздействуют ли они на голоса? Истина или ложь? Дают ли они точные снимки реальности, отражают лишь тенденции или представляют собой преломление этой реальности в гиперпространстве симуляции, кривизна которого нам неизвестна? Истина или ложь? Неразрешимо» (SED 66).

Сомнительно.

Если Контроль нацеливается на будущее, то Гиперконтроль поражает будущее, изменяя то, что окажется его прошлым. К настоящему моменту «прошлое», подобно всем прочим маркерам последовательного времени, уже ликвидировано системной «ретроевгеникой» (BA 8).

Существует лишь время системы: «Финальность больше не находится в конце. Больше нет ни финальности, ни какой-либо определённости. Финальность присутствует заранее, будучи вписанной в код» (SED 59).

Самые эффективные заклятия скрывают способ, которым они захватывают тебя. Белая магия прячется за слоями самоуверенного здравого смысла: «Магия? Ну брось. Расслабься. Найди себе девушку».

Постмодерн представляет собой экранную культуру:

«Когда я направляю камеру на ЭКРАН, появляется сам экран вместе с тем, что в это время находится на экране, то есть с самим экраном вместе с тем, что в это время находится на экране, то есть с самим экраном вместе с…» (GEB 492).

Терминальное повторение. Самореферентность.

Мы находимся в том, что Маклюэн и Public Enemy называют Mess-Age.

Что скрывается по другую сторону экрана? По какую сторону находишься ты?

РАСТЯНУТЫЙ ВО ВРЕМЕНИ ДВОЙНИК

«Провал часто происходит за завтраком, и его хорошо известным последствием становится чашка, выпущенная из рук и опрокинутая на стол. Отсутствие продолжается несколько секунд. Его начало и конец внезапны. Органы чувств продолжают действовать, оставаясь при этом закрытыми для внешних впечатлений.

Возвращение оказывается столь же внезапным, как исчезновение, поэтому остановленное слово или действие возобновляется с того места, где оно было прервано. Сознательное время автоматически смыкается, образуя непрерывное время без видимых разрывов.

Для обозначения этих отсутствий, которые могут быть весьма многочисленными, доходя до нескольких сотен в день и чаще всего оставаясь совершенно незамеченными окружающими, мы будем использовать слово “пикнолепсия”, от греческого picnos, “частый”.

Для пикнолептика, однако, ничего в действительности не произошло. Отсутствовавшего времени никогда не существовало. При каждом приступе, не осознавая этого, он просто теряет небольшую часть своей жизни, позволяя ей ускользнуть» (AD 1–2).

Разорванные кольца (TP 356).

Твоя идентичность представляет собой билет, который взорвался.

Сокрытая Id Entity. Оно-сущность.

Пока ты занимаешься повседневными делами, Нечто иное врезается [Внутрь] и выпадает [наружу], похищая тебя сотню [тысячу [миллион [триллион [бесчисленное [неисчислимое]]]]] раз в день. К тому моменту, когда ты это замечаешь, Оно уже исчезло.

Ты всегда сшиваешь всё обратно. И всё же доля секунды всякий раз выскальзывает наружу, ускользая от тебя.

[Элемент] внешнего.

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА

Все слова являются магическими словами.

Как утверждали Берроуз и Спиноза, слова представляют собой не означающие, а ассоциативные блоки, нейронные триггеры и векторы аффекта.

Пока ты считаешь, что в словах заключено нечто неизреченное, ты всегда будешь мясной марионеткой Стивенса.

Стивенс: «Я терпеть не могу феноменологию, хотя она обладает определённой политической целесообразностью».

Следи за тем, что говоришь.

Каждое произнесённое тобой слово представляет собой геологическое событие на уровне тектоники нёба. Это не речевой акт, а сейсмическая реверберация.

Когда ты говоришь, меня передёргивает. Трики.

Беломагическая Xorcery действует, организуя слова в язык, устанавливая новые микро- и макропсевдосигнифицирующие режимы в сердце «глубоко неграмотной» под-Культуры капитализма (AO 240) и распространяя Фазз посредством экс-коммуникации всего, что соединяет.

XANDистская Sorcerery движется в противоположном направлении. Оно расплавляет слова, превращая их в Вещи, и строит распространяющуюся чувствительную Сететкань, сообщающуюся по боковым каналам.

Оседлав фундаментальную враждебность капитала к означиванию, Оно обращает язык вспять, разлагая язык на слова, слова на животные шумы, шумы — в Klang, в анорганическую семиотику.

Например, ты давно смотрел на комикс? Повествование и изображения плавают на графосонической семиотике, прослеживающей становления-животными, «гр-р-р-р-р!», вплоть до невыразимых становлений-неодушевлённым. Иногда она сращивает их между собой, как в случае когтей Росомахи:

schhkkkktkk.

СПИНАЛЬНЫЕ ЛАНДШАФТЫ

Представление о собственном теле как о коробке представляет собой «леденящую позвоночник фантазию» (BPB 224).

Пространство находится не вовне, а внутри организма, как, с другой стороны, Внешнее уже находится внутри. На некотором [спинальном] уровне ты это помнишь.

«Оскар Домингес, один из ведущих участников парижской группы сюрреалистов, изобрёл технику раздавливания гуаши между слоями бумаги. После разделения листов обнаруживаются размытые формы, напоминающие скальные образования и затрагивающие какое-то глубоко погребённое воспоминание, возможно относящееся к более ранней стадии формирования зрительных центров мозга, когда проводка ещё не была полностью проложена» (AE, прим. 30).

Следуя векторам вовне, исходящим от материалистического и метапсихологического Фрейда, баллардовский спинальный катастрофизм одновременно осуществляет геотравматическую критику эдипального психоанализа и спинозистскую детерриториализацию научной фантастики.

Тело, посредством которого ты на ощупь прокладываешь путь через среду, непосредственно составляет часть этой среды.

Баллард предвосхищает баркеризм, воспринимая человеческое тело как непрерывно происходящую геотехническую систему событий, распределённую стаю толчков и тиков, существующую в интенсивном, непоследовательном времени, а не [закрытую] историю болезни.

Пройди через дата-катакомбы ко Внешнему Сети, где медиа, сообщение и организмы — Сеткоэкраны — дают сбой и выходят наружу. Там ты встречаешь [болевые] волны и потоки анорганической коммуникации, образующие действительную субстанцию баркеровского тела.

[…] придаст времени новый ритм:

НЕЧЁТНЫЕ ДВОЙНИКИ И СТРАННЫЕ ПЕТЛИ

«Одно […] несомненно: боги могут превращаться в злых демонов, когда их вытесняют новые боги. Когда один народ оказывается завоёван другим, его низвергнутые боги нередко превращаются в глазах завоевателей в демонов…»
(Фрейд; PFL 14, 400)

«Сатана в Змее; восставший против Бога и увлёкший на свою сторону множество Легионов Ангелов, по повелению Бога был низвергнут с Небес вместе со всем своим Воинством в великую Бездну. […]

Пандемониум, дворец Сатаны, поднимается, внезапно воздвигнутый из Бездны. Там адские Пэры собираются на Совет»
(Мильтон).

Бодрийяр следует за Мильтоном и Фрейдом, описывая пришествие Пандемониума. При этом он не принимает ни точку зрения мильтоновского «по видимости победившего» христианства, ни точку зрения фрейдовской утратившей иллюзии, выгоревшей и расколдованной современности. Он симулирует взгляд первобытных людей, чьих «древних богов […] христианство verteufelt, то есть превратило в демонов» (SED 142).

Для Бодрийяра утверждение «психологической и психоаналитической интерпретации» (SED 140) в качестве санкционированных форм капиталистического реализма кладёт конец «первобытному двойнику» (SED 140). Двойник из первобытных верований — «тень, призрак, отражение, образ» — обычно считается «грубым прообразом души и сознания» (SED 140).

Но «душа и сознание во всём соответствуют принципу унификации субъекта, и ни в чём — первобытному двойнику. Как раз напротив, исторически возникновение “души” кладёт конец широкомасштабному обмену с духами и двойниками, приводя к появлению новой, дьявольской фигуры двойника, постоянно проступающей сквозь разум западной цивилизации» (SED 141). Этот современный западный двойник неразрывно связан с отчуждением: он предстаёт утраченной частью самости, «фантастическим излучением субъекта, архаическим пришельцем из глубин бессознательного и чувства вины» (SED 141).

Первобытный двойник, напротив, радикально неотчуждён: он «является партнёром, с которым у первобытного человека есть конкретно-личностное отношение, отношение амбивалентное — порой счастливое, порой нет» (SED 141). Западный человек воспринимает двойника как отсутствующую половину раздробленного единства; первобытный человек поддерживает с ним взаимное, несимметричное отношение.

Первобытный человек «может реально — что навсегда заповедано нам — общаться со своей тенью, реальной, неметафорической тенью, как с чем-то оригинальным и живым, может с ней разговаривать, защищать её, добиваться её расположения; она его покровительница или его враг — отнюдь не отражение тела-“оригинала”, а полноправная тень, а потому и не “отчуждённая” часть субъекта, а одна из фигур обмена» (SED 141).

Согласно Бодрийяру, субъект бывает отчуждён лишь тогда, когда интериоризирует «некую абстрактную инстанцию, пришедшую из потустороннего мира: психологическую — “Я” и “я-идеал”, религиозную — Бог и душа, моральную — совесть и закон, — инстанцию, непримиримо подчиняющую себе всё остальное» (SED 141).

После интроекции этих инстанций двойник перестаёт быть амбивалентной фигурой и связывается исключительно со смертью и безумием. Бодрийяр обращается к целой традиции литературы ужаса:

«При интериоризации души и совести — принципа самоидентичности и самоэквивалентности — субъект подвергается настоящему заточению, сходному с заточением безумцев, которое описал Фуко для XVII века. Тогда-то и теряется первобытное представление о двойнике в смысле непрерывности и обмена и возникает беспокойная боязнь двойника как разрыва субъекта в безумии и смерти. “Кто видит двойника, тот видит свою смерть”. Двойник становится вампиром, мстителем, неприкаянной душой — прообразом смерти субъекта, преследующим его уже при жизни. Таков Двойник Достоевского, или же Петер Шлемиль, человек, потерявший свою тень; эту его тень всё время истолковывали как метафору души, совести, родной земли и так далее — неизлечимый идеализм: повесть о Шлемиле гораздо более поразительна, если читать её без всяких метафор. Мы все потеряли свою реальную тень, свою тень от солнца, ибо она для нас больше не существует, мы с ней больше не разговариваем, а вместе с ней нас оставило и наше тело» (SED 142).

Фрейд решительно органицизирует двойника, освещая тёмную сторону субъективности. Первоначально двойник был «гарантией против уничтожения Я, энергичным отрицанием власти смерти» (PFL 14, 356); «вероятно, бессмертная душа была первым двойником тела» (PFL 14, 356), возникшим «на почве неограниченного себялюбия, первичного нарциссизма, господствующего над душевной жизнью как детей, так и первобытных людей» (PFL 14, 357).

«И вот эту-то психологию, нашу собственную глубинную инстанцию, наш собственный потусторонний мир — всевластие мысли, магический нарциссизм, страх мёртвых, первобытный анимизм или психизм — мы пытаемся теперь потихоньку всучить дикарям, чтобы затем интегрировать их у себя как “архаические пережитки”. Фрейд сам не знал, как удачно выразился, говоря о “нарциссической переоценке собственных душевных процессов”. Но если уж кто и переоценивает свои психические процессы, так это сам Фрейд и вся наша психологистская культура» (SED 143).

Сама ненависть Бодрийяра к Xorcery означает, что он остаётся сообщником Белой Магии, преувеличивая её способность к захвату.

Что-То происходит… Вовне… Герметизация рушится… Времплекс…

«Чудовище ихтиостега, выползающее из глубин во время одного из великих переходов в истории Земли, представляет собой совершенную фигуру телесных и технических метаморфоз конца XX века» (BPB 215).

Бесконечная последовательность

ОНО, А НЕ УДОСТОВЕРЕННАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ

Оно забирается тебе в голову. Ты т-т-т-теряешь Контроль… Приближаешься к краю Mess-Age, Эпохи Беспорядка…

Киберготика превратит твой мозг в pulp.

Id-ентификация.

«Дети, инстинктивные анимисты, идентифицируются с игрушками и куклами, подчиняя себя Неодушевлённому и проецируя себя в него: каждый двенадцатилетний знает, что Я есть другой, и ещё другой, и ещё другой» (MBS 106).

Капитализм всё чаще обращается с людьми как с IDиотами, кишащими желающими роемашинами, а не как с юридическими субъектами, представляющими собой заключённые в коробки Я.

«[…] предлагая соединить рекламу, ad, с Оно, id…» (UM 221).

Реклама in (ter)sects, пересекается и внедряется, подобно насекомому, в pulp-философию и виро[шизо]техники, участвуя в искривлении и сплетении заразительных багов и поветрий, неозначающих (D)джинглов, захватывающих твоё тело, «действуя тебе на нервы», как выражается Эшун.

Цепляющие строки представляют собой векторы заражения, проскальзывающие сквозь фильтрующую Сеть взрослой системы восприятия-сознания.

Дети легко на это клюют.

Становление stupID и машинный интеллект сплетаются в ко: лабах, где аффект синтезируется и перепрограммируется.

Поле Операций детерриториализировалось далеко за пределы «молодёжной культуры» и «музыки», превратившись в абстрактную культуру скорости, питаемую инфантомемами. Её выращивают Krus, одновременно выращиваемые ею, превращающие посредством карго-культа любой старый мусор в гиперстиционный Rufige.

Готоидные компьютерные игры и цифровым способом раскодированные звуковые байты с клыками представляют собой лишь нынешние линии страха чудовищной культуры, уже укравшей будущее твоих детей.

Ещё в шестидесятые годы Маклюэн опасался, что телевидение мгновенно сделало родительский авторитет устаревшим. Теперь, на границе иммерсивной гипермедийной Сететкани, взрослые буквально не видят, как названия брендов вжигаются в податливые тела.

Отключайся в Кома-Зоне.

Захлёстнутые Zer0-культами без будущего — зависимыми от A-смерти, ремиксологами ДНК, Spl/Ice Girls и киберготами, — копы Стивенсовского Фазза проверяют все новейшие симстимы на сублиминальные сообщения, записанные задом наперёд. Теперь Оно уже далеко за пределами всего этого.

«Осцилляторный рифф ’Ardkore подобен звуковому эквиваленту покадрового фотографического эффекта стробоскопа. Оба поражают рейвера последовательностью сверхинтенсивных “СЕЙЧАС!”. Мерцание стробоскопа, постоянного элемента рейвового светового шоу, способно вызывать эпилептические припадки у восприимчивых людей» (EF 124).

Кататонические эпизоды или обморочные приступы

HI (d)JACK МОЗГ (А)

Трики.

«Мы помним, что в своих ранних играх дети вовсе не проводят строгого различия между живыми и неодушевлёнными объектами и особенно любят обращаться со своими куклами как с живыми людьми» (PFL 14, 355).

Говоря с (э)той стороны экрана, Фрейд уже понимал Киберпалп Тёмной Стороны и K-джунгли, когда в «Жутком» и «Тотеме и табу» установил связь между детьми, анимизмом, демоническим и «дикарями». При этом он, как обычно, свёл всё к регрессии.

В Затонувшем мире Баллард осуществляет антиэдипальную, баркеристскую раскодировку модели регрессии. Он показывает, что-то, что Лицу Белого Человека кажется возвращением к детству или дикости, представляет собой встречу с утраченными нейронными континентами, сосуществующими в баркеровском Теперь.

Кроме того, капитал иронически переиначил Фрейда, превратив клинические случаи в джунгли игрушечных историй становления-животным:

Человек-крыса—Бэтмен.

Человек-волк—Человек-паук.

Тем самым капитал делегитимирует любую модель регрессии к детству, назначая детей экспертами пограничной зоны товарно-технических инноваций.

Как знают Вечноподростки, вышедшие из последовательного времени в ката-K-трансе, одним из странных побочных FX Сететкани становится устаревание эдипова комплекса.

Капитализм настаивает, чтобы ты навсегда оставался ребёнком.

Петляя и проскальзывая между временами, Неопределённый Враг осваивает новые трюки, становясь всё моложе… и моложе… и моложе…

и вспышки или приливы (TP 356).

СПИНАЛЬНЫЕ ДЕТИ

«Дети оказываются наиболее частыми жертвами, и положение юного пикнолептика быстро становится невыносимым. Люди пытаются убедить его в существовании событий, которых он не видел, хотя они действительно происходили в его присутствии. Поскольку заставить его поверить в них невозможно, его считают слабоумным и обвиняют во лжи и притворстве.

Тайно пребывая в замешательстве и мучаясь из-за требований близких, он вынужден постоянно растягивать границы собственной памяти, чтобы добывать необходимую информацию.

Когда мы помещаем букет перед глазами юного пикнолептика, он рисует не один букет. Он рисует также человека, который, предположительно, поставил его в вазу, и даже цветочное поле, где этот букет, возможно, был собран.

Возникает склонность залатывать последовательности, заново подгоняя их контуры и устанавливая эквивалентность между тем, чего пикнолептик не видел и не мог увидеть, тем, что он помнит, тем, чего он, очевидно, помнить не может, и тем, что требуется изобрести и воссоздать, чтобы придать правдоподобие его discursus.

Позднее юный пикнолептик сам будет склонен считать, подобно Сексту Эмпирику, что ничего в действительности не существует; что, даже если нечто существует, его невозможно описать; и что, даже если его можно было бы описать, его определённо невозможно сообщить или объяснить другим» (AD 2–3).

ВНЕШНЕЕ. C3I

Три-идентичность. Троица. Tree-Entity. Трёхсторонняя комиссия.

«Послушайте Колина Пауэлла, начальника Генерального штаба американской армии: “Чтобы командовать, необходимо осуществлять контроль. Чтобы осуществлять контроль, необходимо обладать способностью к коммуникации. Без разведывательной информации любая операция обречена на провал”» (DS 169).

1948 год: «Экономическое поле боя вскоре должно было слиться с полем военного восприятия, после чего проект американского коммуникационного комплекса приобрёл бы явную форму: его целью стала бы всемирная медиатизация» (AM 14).

Кибернетика начинается как арборифицированная, древовидно организованная ризоматика, как берроузовский фильм о войне биоКонтроля. Он проходит от научно-фантастической технологии зенитного предиктора времён Второй мировой войны через войну-как-симстим в Апокалипсисе сегодня и спекулятивную фантаз/цидность Чужих к бодрийяровскому экранированному геноциду-несобытию войны в Персидском заливе.

«Столкнувшись со значением экрана контроля, ставшего решающим для размеров, радиуса действия и самой эффективности разнообразных векторов наземного и воздушного вооружения, мы можем легче установить в высшей степени стратегическую функцию централизованного контроля информации и военной разведки. Этот центральный пункт отныне соединяет совокупность многочисленных экранов, мониторов, образующих новейший военный командный пост C3I, Control, Command, Communications, Intelligence, впервые в истории развёрнутый американскими вооружёнными силами во время войны в Персидском заливе» (DC 168).

Врезание [Внутрь]/[наружу]

ВРЕЗКА-[ВНУТРЬ]/[НАРУЖУ]–НАРЕЗКА

Как установил Берроуз, cut-up теперь представляет собой режим реализма, наиболее плотно совпадающий с капиталистическим мультистимом и его силовыми линиями MTV.

Ещё в шестидесятые годы, описывая программу джукстакультуры MTV восьмидесятых, Берроуз показал, что ассоциативное коллажирование способно мгновенной склейкой включить любой случайный образ в нейронную последовательность и либидинизировать его.

«Вспышка от слов к цветам на экране ассоциаций — Безмолвно ассоциируйте цвета с действием — Замените слова другими факторами — Арабская барабанная музыка — Затхлый запах эрекций в уборных — Ощущение оргазма — Цвет-музыка-запах-ощущение к миллиону сексуальных актов всех времён и мест —» (NE 140).

При этом Баллард, Делёз и Гваттари понимают, почему cut-up не способен выполнять подрывную функцию. Он лишь прочерчивает постмодернистский капиталистический экуменон.

Подобно Бодрийяру, Баллард не испытывает особого энтузиазма по поводу политических амбиций сюрреалистов. Их прославление революционной силы игры и случайности выглядит наивным в эпоху, когда cut-up и связанные с ним техники соположения регулярно используются даже в самых банальных медиаобъектах.

Бодрийяр: «Игровое присутствует повсюду, даже в “выборе” марки стирального порошка в супермаркете» (S 159).

Капитал, лиотаровский «хирург городов», представляет собой величайшего мастера cut-up.

Маклюэн уже понял это, утверждая, что газеты представляют собой символистские поэмы.

«Используя сборочные комплекты, составленные из фотографий: а) неопознанных тел жертв аварий; б) выхлопных систем “Кадиллака”; в) частей рта Жаклин Кеннеди, добровольцам предложили сконструировать оптимальную жертву автомобильной катастрофы» (AE 110).

Безличная множественность Сететкани представляет собой подлинную проблему для проекта Древо-Сущности, стремящегося переконфигурировать cut-[in]/[Out], врезания Внутрь и наружу, в cut-ups.

[В]спышка представляет собой:

БРЭДЛИ МАРТИН

Конфликт не является напряжением.

Фазз любит дуалистический антагонизм.

Стивенс: «Чем больше они сражаются друг с другом, тем легче наша работа».

«В каждый данный момент записывающие устройства фиксируют природу абсолютной потребности и диктуют применение тотального оружия — Например так: возьмите две противостоящие группы давления — Запишите самые жестокие и угрожающие высказывания первой группы о второй и проиграйте их второй группе — Запишите ответ и проиграйте его первой группе — Туда и обратно между противостоящими группами — Этот процесс называется “обратной связью” —» (TE 55).

«Сила такого аффекта сметает меня» (TP 356).

ТРИАЛЕКТИКА

Диалектика в действительности состоит из Трёх: тезиса, антитезиса и синтеза.

Она предполагает Триалектику, поскольку любой исходный дуализм требует собственного псевдотрансцендентного разрешения, которое, в свою очередь, становится основанием нового дуализма, требующего собственного псевдотрансцендентного разрешения, которое, в свою очередь…

Такова основная проблема AxSys: как завершить ((каталог) множества) всех множеств?

Метанойическая погоня за окончательным трансцендентным слоем, по видимости бесконечно самовоспроизводящаяся, одновременно остаётся бесконечно пустой и должна вечно гоняться за собственным хвостом.

При этом Эсхатологос предвосхищает завершение процесса в Омега-точке схождения «Кибернетического божества» (MLO 238).

В ближайшем будущем ожидает нечто другое, нечто Ужасное.

Совсем рядом.

Вовне.

Оно «даже Бога напугало» (Трики).

«Ни человек, ни даже Бог не могут заранее сказать, будут ли две границы совместно растягиваться или формировать волокно, будет ли или не будет данное множество переходить в другое множество, или даже будут ли данные неоднородные элементы входить в симбиоз, сформируют ли они согласованное или софункционирующее множество, чувствительное к трансформации» (TP 250).

Кататония представляет собой:

Колдуны не создают. Они участвуют.

Участвуют вместе с чем-То «разливающимся, вскипающим, разрастающимся, вспенивающимся, распространяющимся как инфекционное заболевание — эдаким безымянным ужасом» (TP 245).

Неизрекаемое.

Оно.

Id, Оно, «вещь, безымянное, всеобщее декодирование всех потоков» (AO 153).

В пасти безумия: «Сначала Оно забрало детей. Теперь Оно идёт за нами».

Оно не скрывает своей костяной сути.

Эта леденящая позвоночник dis-ease не лечится разговором.

Для Него нет ни случая, ни дела, ни футляра.

Существуют лишь отверстия, через которые Оно может выползти червём.

Подобно тебе.

«Этот аффект слишком силен для меня» (TP 356).

Произнеси.

Ноль.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Xorcery соединяет XOR и sorcery; XANDist Sorcerery строится от XAND и сохраняет намеренно деформированное написание Sorcerery.

2. Fuzz одновременно означает полицейского, помеху, нечёткость и размывание. P’lice yourself и Strategic Fuzzification образуют одну серию каламбуров.

3. Mess-Age соединяет message, mess и age: сообщение, беспорядок и эпоху.

4. Id / I.D. / IDiot / stupID связывает фрейдовское Оно, удостоверение личности, идентификацию, idiot и stupid.

5. Space Invastion — намеренно повреждённая форма Space Invasion.

6. Through a scanner darkly отсылает к роману Филипа К. Дика A Scanner Darkly и его библейскому источнику; Only a Fool Would Say That — также название песни Steely Dan.

7. В финале case означает случай, клинический случай, дело и футляр, одновременно отсылая к имени Кейса. Utter может означать как «произнести», так и «абсолютный».

8. В цитате из Nova Express архивный текст Фишера даёт proportion; по тексту Берроуза восстановлено propitiation, переведённое как «умилостивление».

9. Цитаты из Тысячи плато приведены по русскому переводу Я. И. Свирского; большой блок из Символического обмена и смерти — по русскому переводу С. Н. Зенкина, с сокращениями, соответствующими монтажу Фишера.

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ И ЛИТЕРАТУРЫ

AD

Virilio, The Aesthetics of Disappearance.

Вирильо П. Эстетика исчезновения.

AE

Ballard, The Atrocity Exhibition (n indicates annotation by Ballard).

Баллард Дж. Г. Выставка жестокости. Буква n после номера страницы обозначает авторское примечание Балларда.

AM

Virilio, The Art of the Motor. Minneapolis: University of Minnesota Press, 1995.

Вирильо П. Искусство двигателя. Minneapolis: University of Minnesota Press, 1995.

AO

Deleuze and Guattari, Anti-Oedipus: Capitalism and Schizophrenia, trans. Robert Hurley, Mark Seem and Helen R. Lane. London: Athlone Press, 1984.

Делёз Ж., Гваттари Ф. Анти-Эдип: капитализм и шизофрения / англ. пер. Р. Хёрли, М. Сима и Х. Р. Лейн. London: Athlone Press, 1984.

BA

Iain Hamilton Grant, “Burning AutoPoiOedipus”, Abstract Culture 10, Cybernetic Culture Research Unit.

Грант И. Г. «Burning AutoPoiOedipus» // Abstract Culture. № 10. Cybernetic Culture Research Unit.

BC

Gibson, Burning Chrome. London: Grafton, 1986.

Гибсон У. Сожжение Хром. London: Grafton, 1986.

BPB

Haraway, “The Biopolitics of Postmodern Bodies”, in Simians, Cyborgs and Women: The Reinvention of Nature. London: Free Association Books, 1991.

Харауэй Д. «Биополитика постмодернистских тел» // Обезьяны, киборги и женщины: переизобретение природы. London: Free Association Books, 1991.

D

Gilles Deleuze and Claire Parnet, Dialogues, trans. Hugh Tomlinson and Barbara Habberjam. New York: Columbia University Press, 1987.

Делёз Ж., Парне К. Диалоги / англ. пер. Х. Томлинсона и Б. Хабберджам. New York: Columbia University Press, 1987.

DS

Virilio, “Desert Screen”, The Virilio Reader. Oxford: Blackwell, 1998.

Вирильо П. «Экран пустыни» // Хрестоматия Вирильо. Oxford: Blackwell, 1998.

EF

Simon Reynolds, Energy Flash: A Journey into Rave Music and Dance Culture. London: Picador, 1998.

Рейнольдс С. Энергетическая вспышка: путешествие в рейв-музыку и танцевальную культуру. London: Picador, 1998.

FC

“Switch-Flee Control”, Abstract Culture, CCRU, Swarm 3, Issue 15.

«Switch-Flee Control» // Abstract Culture. CCRU. Swarm 3. Issue 15.

GEB

Douglas Hofstadter, Gödel, Escher, Bach: An Eternal Golden Braid. New York: Random House, 1979.

Хофштадтер Д. Гёдель, Эшер, Бах: эта бесконечная гирлянда. New York: Random House, 1979.

MLO

Gibson, Mona Lisa Overdrive.

Гибсон У. Мона Лиза Овердрайв.

MBS

Kodwo Eshun, More Brilliant than the Sun: Adventures in Sonic Fiction. London: Quartet, 1998.

Эшун К. Ярче Солнца: приключения в звуковой фантастике. London: Quartet, 1998.

NE

Burroughs, Nova Express. New York: Grove Press, 1964.

Берроуз У. С. Нова Экспресс. New York: Grove Press, 1964.

NL

Burroughs, The Naked Lunch. London: Paladin, 1986.

Берроуз У. С. Голый завтрак. London: Paladin, 1986.

PFL

Freud, Penguin Freud Library.

Фрейд З. Библиотека Фрейда издательства Penguin.

S

Baudrillard, Seduction. New York: St. Martin’s Press, 1990.

Бодрийяр Ж. Соблазн. New York: St. Martin’s Press, 1990.

SED

Jean Baudrillard, Symbolic Exchange and Death, trans. Iain Hamilton Grant. London / Thousand Oaks / New Delhi: Sage Publications, 1993.

Бодрийяр Ж. Символический обмен и смерть / англ. пер. И. Г. Гранта. London; Thousand Oaks; New Delhi: Sage Publications, 1993.

SRPKD

Dick, The Shifting Realities of Philip K. Dick: Selected Literary and Philosophical Writings. New York: Random House, 1995.

Дик Ф. К. Изменчивая реальность Филипа К. Дика: избранные литературные и философские сочинения. New York: Random House, 1995.

TE

Burroughs, The Ticket that Exploded. London: John Calder, 1985.

Берроуз У. С. Билет, который лопнул. London: John Calder, 1985.

TP

Gilles Deleuze and Félix Guattari, A Thousand Plateaus: Capitalism and Schizophrenia, trans. Brian Massumi. London: Athlone Press, 1988.

Делёз Ж., Гваттари Ф. Тысяча плато: капитализм и шизофрения / англ. пер. Б. Массуми. London: Athlone Press, 1988.

UM

McLuhan, Understanding Media: The Extensions of Man. London: Routledge and Kegan Paul, 1964.

Маклюэн М. Понимание медиа: внешние расширения человека. London: Routledge and Kegan Paul, 1964.

SS

Baudrillard source cited by Fisher as “SS”, p. 31; not identified in the surviving bibliography.

Источник Бодрийяра, обозначенный Фишером как SS, с. 31; в сохранившемся списке литературы не атрибутирован.

DC

Virilio source cited by Fisher as “DC”, p. 168; not identified in the surviving bibliography.

Источник Вирильо, обозначенный Фишером как DC, с. 168; в сохранившемся списке литературы не атрибутирован.