Дугин и его последователи предлагают не выход из кризиса современности, а его зеркальное отражение — такую же пустоту, такой же релятивизм, замаскированный под сакральность.
Идеи Ярвина сегодня отравляют политический ландшафт Соединённых Штатов, предоставляя интеллектуальное алиби тем, кто жаждет демонтажа демократических институтов.
Философия, достойная человека, — это не принуждение к равенству результатов, а равенство перед законом, право на плоды своего труда и конкуренцию, которая поднимает всех.
Принимая саму концепцию «милосердного убийства» хотя бы для одного «безнадёжного» пациента, мы запускаем механизм социальной деградации, который невозможно остановить.
Выход из культуры ресентимента не является политическим в узком смысле — его нельзя достичь принятием правильных законов или победой правильной партии.
В архитектуре так называемых «прогрессивных обществ» когнитивный диссонанс возник не просто как психологическая диковинка, а как центральная трагедия, поражающая сексуальные и гендерные меньшинства.
Ни государство, ни общественное мнение, ни какие-либо «прогрессивные» императивы не вправе заставить владельца собственности обслуживать кого-либо против его воли.
Когда власть заявляет о необходимости «непопулярных решений» — будь то призыв на войну, повышение налогов или ограничение свобод — она тем самым признаёт собственную нелегитимность.
Постструктуралисты, декларируя борьбу с буржуазным индивидуализмом, на деле радикализировали его в худшей форме — в форме потребительского нарциссизма интерпретаций.
